Смысл названия романа И.А.Гончарова «Обрыв»

В июле 1862 года Гончаров был назначен редактором официальной газеты Министерства внутренних дел «Северная почта». Через год он уже член Совета по делам книгопечатания, а в 1865 году его назначают членом Главного управления по делам печати. Так Гончаров стал одним из руководителей русской цензуры. Но Гончарова эта должность не слишком привлекала, а потому, как только он выслужил в 1867 году пенсию, сразу же ушёл в отставку.
Теперь Гончаров мог полностью отдаться литературной работе. В 1869 году он публикует свой третий, последний роман «Обрыв».
«Обрыв» был задуман как роман о художнике (его первоначальное название и было «Художник»). Гончаров собирался в образе талантливого дилетанта Райского показать «род артистической обломовщины», «русскую даровитую натуру, пропадающую даром, без толку».
Писателя всегда волновали поиски путей органического развития России, снимающего крайности патриархальности и буржуазного прогресса. В «Обрыве» он продолжает исследование этой проблемы, но по мере развития в России революционного движения и широкого распространения нигилистических идей Гончаров становится решительным противником крутых общественных перемен. «Символично название романа, которое заключает в себе идейную суть произведения, — пишет А. Б. Криницын. — Обрыв — это и место жуткого убийства, и трагическое непонимание двух поколений, обрыв традиций и падение в бездну неверия».
В отличие от первых двух романов «Обрыв» вызвал множество негативных критических отзывов. Особенно это касалось образа нигилиста Марка Волохова, в котором революционно-демократическая критика увидела попытку писателя дать в ложном свете представителя нового поколения, носителя новых идей. Но у простого читателя «Обрыв» имел большой успех.
Начиная с «Обыкновенной истории», критики всегда отмечали то необыкновенное мастерство, с каким Гончаров рисовал женские характеры.Но в жизни писатель так и не сумел найти ту единственную, которая составила бы ему счастье семейной жизни. Биографические данные о Гончарове скудны: после его смерти согласно его распоряжению был уничтожен почти весь архив писателя. Известна его страстная любовь к Елизавете Толстой. Она была значительно моложе сорокапятилетнего писателя и не ответила на его чувства. Елизавета Толстая оказала влияние на создание образа Софьи Беловодовой («Обрыв»), красивой самовлюблённой женщины, холодной аристократки.
Концепт судьбы в романе «Обрыв» присутствует одновременно на всех уровнях произведения: сюжетном, композиционном, на уровне системы персонажей. Как философская категория, концепт «структурирует» различные мировоззрения персонажей.
По мнению Г.Г.Багаутдиновой, в романе «Обрыв» тема судьбы представлена как «внешняя», так и «внутренняя». Об этой проблеме достаточно много говорят и размышляют автор и различные герои романа, и в то же незримое присутствие судьбы ощущается, даже в тех случаях, когда напрямую о ней говорится. Каждый герой, так или иначе соприкасается с проблемой судьбы. Но отношения героев романа с судьбой складываются по-разному. Если для кого-то эта проблема становится актуальной — это знак его «выделенности среди других». «Внутренняя» тема отражает «внутреннюю» жизнь героев. По словам Гейро, внутренняя жизнь обладает относительной самостоятельностью, связываться не только с переживанием событий судьбы, но и с переживанием судьбы других — близких и дальних. К «внутренней» теме относятся представления о судьбе персонажей романа». «Внешней» можно назвать событийную сторону, собственно судьбу, то есть жизнь героев.
Обе эти темы объединяются автором романа, а в некоторых случаях Борисом Павловичем Райским.
На примере образа Татьяны Марковны демонстрируются воззрения на судьбу русских людей. «Внешняя» и «внутренняя» темы образуют единый концепт судьбы Бережковой.
Образ Татьяны Марковны Бережковой является одним из важнейших в романе. В статье «Лучше поздно, чем никогда» Гончаров писал: «В «Обрыве» больше и прежде всего меня занимали три лица: Райский, бабушка и Вера». Писатель считал Бережкову следующим после Райского важнейшим звеном замысла романа. В статье «Намерения, задачи и идеи романа «Обрыв» он признавался: «Пожалуй, для романа было бы трогательнее и эффектнее, если бы я обошел ее, но тогда не вполне была бы достигнута цель моего романа, которому я хотел придать более значения, нежели послужить развлечением на несколько часов».
Древнейшая мифология судьбы ассоциируется с мотивами наказания, воздаяния и спасения. Бабушкина судьба наказывает того, кто жалуется, того, кто хвастается. Нужно безропотно переносить тяготы жизни, иначе судьба отвернется. Бабушка запрещает Райскому произносить слово «непременно»: она боится, что «судьба накажет за самонадеянность». Только выражая довольство судьбой, не относя себя к разряду несчастных, можно заслужить милость судьбы: «Всякому, — говорит Бабушка, — судьба дает какой-нибудь дар: одному, например, дано много ума или какой-нибудь «остроты» или уменья под этим она разумела талант, способности). — зато богатство не дала, и сейчас пример приводила. Ну, а кто лежебокой был или прозевал, загубил дар судьбы сам виноват! Оттого много на свете погибших, праздных, пьяниц». Милостивая судьба дает человеку многое, суметь воспользоваться своим талантом или богатством может не каждый, тогда и наказывается человек.
Исправимость — неисправимость судьбы. Бабушка верит в бога, поэтому об исправимости судьбы говорит как о прощении человека богом: «Бог накажет иногда, да и простит, коли человек смирится и опять пойдет по хорошему пути. А кто все спотыкается, падает и лежит в грязи, значит, не прощен потому, что не одолеет себя…». Бабушка имеет в виду, во-первых, волю человека, слабый человек не встретит долю; во-вторых, одержимость бесовским началом. Бог дает каждому возможность выборе своей судьбы, а грешник и не помышляет об изменении жизненного пути.
Судьба — нечто Богом данное.
Бабушка не говорит о Промысле или Путях Господних, но подразумевает их «У всякого свой крест!» — приходит к выводу Бережкова. Нести крест свой значит «нести судьбу свою, мирские действия», — говорит В.Даль. По мнению Ю.С.Степанова, в русском быту «несение креста» изначально приобретало вполне конкретные черты «унесения святынь» из оскверненных мирских мест прочь от «мира?». Кроме конкретного библейского значения, несение креста ассоциировалось с мотивом странничества, как прохождения ряда испытаний. Достойно нести крест — значит достойно прожить жизнь.
Концепт судьбы Бережковой включает в себя понятие греха. В Православном словаре написано: «Грех на богословском языке означает всякое, как свободное и сознательное, так и не свободное и бессознательное, отступление делом, словом и даже помышлением от заповедей Божьих и нарушение закона Божия».
Бабушка верит, что пока человек живет не земле, он волен сотворить себе посмертную судьбу: спасение или вечную муку. Спасение зарабатывается смирением. Вечная мука в аду уготовлена пьяницам, разбойникам, блудницам, глумословам, — словом, грешникам. Каждого человека искушает судьба грехами, нужно уметь им противостоять. Бабушка в перечисленных грешниках видит стремление отклониться от своей судьбы, перестроить ее по-своему. Поскольку грехи очень серьезные, замаливать, «отрабатывать» их нужно уже сейчас, на земле. Вместе с тем Бабушка понимает, что от этих людей не зависит их судьба: либо они несчастны от рождения, их преследует рок, либо у них свои моральные законы, бес попутал. Бабушка жалеет грешников и оправдывает их. Она, как гостеприимная хозяйка, принимает у себя, в сущности, всех отступивших от Закона Божьего. Это и Нил Андреевич, и Крицкая, и Опенкин. Гости Бережковой видят в хозяйке объединяющее начало, своеобразную веру в Бога, соблюдение нравственных принципов. В этом смысле дом Бабушки напоминает Ноев ковчег, «землю обетованную», не случайно имение называется Малиновка, то есть райское место, где всем хорошо. Е.А. Краснощекова отмечает, что название Малиновка восходит не столько к прозаической малине, сколько к «малиновому звону», благостному звуку церковных колоколов, где добрая старушонка Бережкова видится мудрой опекуншей — матерью — бабушкой всех обитателей «заветного уголка».
Итак, казалось бы, внешне благополучная жизнь бабушки, которая так мудро рассуждает, имеет собственное представление о судьбе, на деле наполнена внутренними переживаниями, драматизмом. Бережкова знает, что судьба непредсказуема, как хотелось бы. Судьба бабушки строится непросто, на «изломах». Однажды в молодости совершенный грех не дает ей покоя. Она много размышляет по этому поводу. Закончившаяся неудачно любовь Бережковой и Ватутина повлияла не только на ее судьбу, а как полагает Татьяна Марковна, и на судьбу Веры: «Мой грех!» — неоднократно говорит Бабушка в связи с трагедией Веры. «Я думала, грех мой забытый, прощен. Я молчала и казалась праведной людям: неправда! Вот он вышел наружу в твоем грехе», — обращается Бабушка с покаянием к Вере. То понятие о «первородном грехе», которое высмеивает Волохов, для нее неоспоримая реальность. Как пишет Ю. Лощиц: «Однако у Бережковой своя логика. Неизжитый, невыжженый из других грех переходит по наследству к другим людям. Пятна греха ложатся на невинных потомков, и они расплачиваются за согрешение родителей. Рано или поздно наступает возмездие за проступки и преступления, которое, казалось бы, навсегда преданы забвению. Тайное — с неумолимостью проявляется, становится явным».
Таким образом, концепт судьбы реализуется в романе «Обрыв» через понятия греха, покаяния, спасения, суда. «Концепт судьбы» Бабушки имеет сложную структуру, состоящую из своеобразных подструктур. Базисные категории: исконная русская Доля-Недоля как модификация судьбы. Она бывает карающей наказывает, исправимая, неисправимая. Он нее никуда не денешься. В концепт судьбы Бабушки входит мифологическая судьба-фатум, от действия запрограммированного сценария которой никто не должен уклоняться. Кроме того, православная судьба-Предопределение. Вместе они выстраиваются в общую схему понимания судьбы русским человеком.
Рассмотримценностно-нравственные ориентиры Бориса Райского. Идеалами этого героя являются честность, чистота, правда, нравственность и равенство между двумя полами. Так, Райский осуждает мужчин, которые себе прощают нравственные проступки, а женщине — никогда: видит соломинку на плече другого человека, а в своем глазу и сучка не замечает.
Райский в ужасе от разврата, царящего в людском обществе, но, несмотря на это, учит других «жить страстями». Например, хочет «развить» Марфеньку, но не успевает, так как нравственность «побеждает», сохраняя тем самым чистоту «святого ребенка». Только столкнувшись с реальностью, Райский осознает, что страсти губят человеческую душу, доставляя удовольствие телу.
Многие исследователи, да и сами герои романа неоднократно сравнивают Райского с артистом, хотя он более похож на человека, проходящего путь взросления, становления души. Он всегда любил добро, красоту человеческой души, нравственность. Несмотря на то, что в глазах Марка он смешон, его безумства веселят читателей, Райский чистый, честный человек, рыцарь, в какой-то мере сравнимый с Дон Кихотом. Сравнение с Дон Кихотом неслучайно, поскольку оба персонажа помогали многим людям, но не тем, кто нуждался в этом, а тем, кого встречали на своем пути. Так, Райский хотел помочь Вере, которая категорически не желала принимать от него помощь. В другой ситуации Райский защитил Полину Карповну от нападок Нила Андреевича, хотя остальные молчали, боясь даже высказать свои мысли. Оба героя вели борьбу, смысла которой никто не понимал, благородны, честны и самоотверженны. Оба одиноки и наталкиваются на стену непонимания со стороны окружающих.
Анализируя идеалы Татьяны Марковны Бережковой, следует отметить, что в этом образе воплощены народная и женская мудрость. Она честна, не приемлет лжи, всегда помогает ближнему, живет согласно христианской морали. Идеалы семьи и брака священны для нее. Эта героиня раскроется на фоне Веры, так же, как и Марк Волохов.
Через образ Марка Волохова И.А. Гончаров выразил свое отношение к нигилизму. Марк — нигилист, соответственно его идеалы и ценности схожи с чисто нигилистическими. Так, самым главным для него является свобода, он принципиально не хочет входить и выходить в двери, живет в телеге, ворует чужие яблоки — все это, по его мнению, проявление действий абсолютно свободного человека. Этот персонаж многогранен. Можно отметить некоторые положительные черты: вера в свой ум и силы, ненависть к притворству, как со своей, так и со стороны другого человека, правдолюбие.
Райский знакомит нас с Верой, с самого начала видит в ней ложь, ждет честности. Как и Райский, читатель недоумевает, почему «свобода, гордая воля и независимость таят свои чувства». Но, если задуматься над положением Веры, можно отметить, что она не свободна, а, напротив, существует в неволе, своих чувств никому не показывает, словно живет в тюрьме, сделанной собственноручно. Вера глубоко несчастна, терзает себя, виновата и перед бабушкой, своей второй матерью, и перед самой собой, так как отдала свое сердце человеку, которого совершенно не знала, а узнав, мечтала его изменить.
Любовь — ценность, крайне важная для Веры. Вера — романтик, поэтическая натура. Жизнь для нее меряется понятиями «всегда» и «никогда», в отличие от Марка, который живет только одним днем. Она верит в бессрочную любовь, другой для нее просто не существует, ее возлюбленный же, напротив, уверен, что нет ничего вечного и поэтому глупо сковывать себя с кем-либо навеки. Она, как истинная женщина, хочет создать семью: так ее воспитала Татьяна Марковна.
В сюжете романа есть критический момент, после которого все герои меняются, раскрываются по-новому, и, несомненно, происходит переоценка ценностей каждым из них, — это падение Веры.
Райский «взрослеет» именно после этого критического момента, он страдает по-настоящему, испытывает муки истинной любви и ревности, готов отдать все, ради любимого человека.
Марк Волохов отступает в сторону от идеалов нигилизма, которые были непререкаемы для него прежде и никогда не подвергались сомнениям. Он полюбил Веру, готов был принять ее условия, попытаться жить вместе «долго и счастливо». Это тоже своего рода перерождение.
Вера еще до падения находилась посередине между «старым» и «новым». Не жила «бабушкиной» моралью, но отказаться от нее не могла. Ее горе в том, что она искала настоящей «бессрочной» любви там, где ее просто не может и не должно быть. Она не замечала Тушина, давно влюбленного в нее, воспринимала его как медведя, который всегда защитит от чего-то внешнего, а ей нужна была внутренняя защита.
В литературе о романе распространена точка зрения, согласно которой Веру окончательно лишают титанизма и зачисляют в разряд «слабых» героинь. Она не титаническая женщина, увлекшаяся всепоглощающей страстью, в которой сосредоточились все ее надежды, мечты, вся ее вера в будущее, а слабая барышня, которая вовсе не хотела «падать». Чего же они ждали от нее? Самоубийства, публичного признания, поклона земле, которую она осквернила своим грехом? Или, может быть, ухода в монастырь?
Татьяна Марковна страдает и горько переносит беду своей внучки. Она оплакивала свой «старый грех». Гончаров раскрывает это понятие как грех упрямого и добровольного неведения, беззаботности. Татьяна Марковна наконец-то поняла, что жизнь не стоит, а движется. Смысл ошибки обеих женщин в гордости и неведении. Бабушка, как и Вера, «болеет» грехом, и это тоже не физическая, а душевная боль. Татьяна Марковна терзает себя, так как за грехи родителей всегда отвечают дети (христианская мораль), она считает, что сама погубила Веру. Ее боль чуть ли не переполняет чашу человеческих страданий, кажется, что она сошла с ума, не сможет никогда быть прежней. Именно за страницы, на которых описаны ее страдания, более всего осуждали Гончарова, считали, что он показал чувства, якобы чуждые русской женщине. Сам автор считал, что черты величия души не могут быть чужды русской женщине.
Райский «взрослеет» именно после этого критического момента, он страдает по-настоящему, испытывает муки истинной любви и ревности, готов отдать все, ради любимого человека. В нем пробуждается жертвенность и желание защитить свою семью, уберечь каждого ее члена от бед и невзгод.
Спасение от «старого» греха еще не искупает грех личный: Вера еще нескоро сможет подняться из обрыва. Само слово «обрыв» наталкивает на мысли о границе между двумя противоположностями: добром и злом, старым и новым. Но человек, стоящий на краю обрыва, имеет возможность вернуться назад на ровную, «спокойную землю», без провокаций и искушений.
Именно с образом обрыва связано «подводное течение» романного сюжета, скрытые мысли, чувства и поступки героев.
Кризисная точка сюжета — падение Веры ставит всех героев в ситуацию выбора. В романе И.А. Гончарова ситуация выбора и одновременно раскрытия героев становится символом их преображения и изменения.

Смысл названия романа И А Гончарова «Обрыв» В июле 1862 года Гончаров был назначен редактором официальной газеты Министерства внутренних дел «Севе